За 18 лет независимости численность личного состава Министерства национальной безопасности Туркмении увеличилась в разы (точных данных на этот счет получить невозможно), в то время как здравоохранение, образование,  культура лишились из-за сокращения тысяч работников.

Сбор компромата остается за МНБ

Проведение проверок в ведомствах, сбор компромата на подозрительных, чем-либо себя скомпромировавших лиц, на хякимов (мэров) и других чиновников госструктур нынешний президент Гурбангулы Бердымухамедов, как и его предшественник, поручает МНБ. 

В обществе существует разветвленная сеть платных агентов и добровольных осведомителей. Сексоты имеются в каждом трудовом коллективе, общественной организации или в жилом квартале, как это было жестко установлено Сапармуратом Ниязовым. Особое внимание МНБ уделяет внедрению агентов в среду творческой интеллигенции, в журналистские коллективы, в среду юристов. Осведомители внедряются и в офисы международных организаций.

Журналисты - под особым контролем

Специфический интерес для МНБ представляют журналисты, которые по разным причинам не работают в государственных изданиях (частных СМИ в Туркменистане нет). Как правило, агентов интересуют частные подробности жизни человека: на что тот живет, не работая, какие отношения связывают его с тем или иным человеком, зачем выезжал за рубеж и т.д.

Многие были лишены работы в СМИ по указанию спецслужб. Власти убеждены: именно в среде некогда отвергнутых журналистов могут оказаться те, кто сотрудничает с оппозиционными изданиями за рубежом. 

Телефоны этих людей постоянно прослушиваются, их визиты в интернет-кафе и посещаемые ими сайты внимательно отслеживаются.

Сотрудники МНБ из соответствующего "идеологического" отдела обязаны заниматься выяснением того, кто скрывается под тем или иным псевдонимом, анализируя стилистику опубликованных в интернет-изданиях статей, и привлекая экспертов из числа работающих журналистов или людей, хорошо знающих подпавшего под подозрение "объекта".

Под контролем остается каждое учреждение                                  

МНБ имеет своего оперативного работника не просто в каждой отрасли, но в каждом учреждении. Куратор время от времени наведывается в подконтрольное ему ведомство, проводит беседы с руководителем, наводит справки о его сотрудниках и, наоборот, с ними - об их руководителе.

Не только министры и начальники рангом пониже, но даже такие, в общем-то, обычные чиновники, как, например, заведующие детскими садами, боятся своих кураторов из МНБ. Заведующий отделом одного из районных хякимликов рассказал корреспонденту Deutsche Welle, что его начальника охватила паника, когда его подчиненного вызвали в местное управление министерства. "Ты ведь знаешь, что сказать, а чего не следует говорить?", - напутствовал вызванного хяким. Выяснилось, что в УМНБ интересовались "всего лишь" дочерью завотдела - участницей конкурса американской программы обмена школьников.                        

Черный список

Печально известные "черные списки" невыездных, появившиеся в годы правления Сапармурата Ниязова, также были разработаны в недрах министерства национальной безопасности. Каждый год эти списки не уменьшаются, а лишь пополняются новыми фамилиями туркменистанцев.

И если при Туркменбаши это были люди из среды так называемых инакомыслящих, диссидентов, участников событий ноября 2002 года и их родственников, уволенных с работы журналистов, активистов НПО, то сейчас, в период правления Гурбангулы Бердымухамедова, список пополнился совсем молодыми ребятами – студентами разных вузов России, Казахстана, Киргизии, Турции.

В основном причина состоит в том, что они поступили в негосударственный зарубежный вуз и, по логике властей предержащих, неизвестно чему могут научиться там и привезти крамолу в страну.

Девочку – студентку одного из таких нежелательных зарубежных университетов, пытавшуюся перейти туркмено-узбекскую границу, офицер на паспортном контроле спросил, удивленно глядя в монитор своего компьютера: "Что ж такого ты успела сделать, что тебя занесли в список невыездных?"... И не выпустил 19-летнюю студентку из страны.                                       

Перлюстрируются письма президенту

Даже жалобы и обращения, адресованные президенту и отправленные ему по почте заказным письмом, предварительно вскрываются в местном отделении МНБ и прочитываются. Это подтверждают и сами работники почты, и некоторые граждане.

"Я отправил заказное письмо на имя президента с жалобой на полицию, - сказал Deutsche Welle пожилой человек из Туркменабада, - и уже на следующий день меня вызвали в УМНБ и потребовали, чтобы я смягчил тон своего письма, бросив мне его на исправление".

Точно так же вскрывается и перлюстрируется вся почта, идущая за пределы страны. В 2005 году в Туркмении запретили экспресс-почту DHL только потому, что требование спецслужб не совпало с принципами деятельности данной почтовой службы, и эта ситуация сохраняется до сих пор.

Служить чекистом - выгодно

Попасть в органы национальной безопасности считается в республике престижным. Привлекают как власть, обретаемая над простыми гражданами, так и всемерная поддержка органов со стороны государства, в первую очередь, материальная. Даже в самых отдаленных районных центрах здание местного управления МНБ выделяется на фоне старых и ветхих построек.

Сотрудникам МНБ обеспечены высокие заработки, льготы и привилегии. Они получают комфортное жилье, причем без очереди. Среди них нет таких, кто бы снимал жилье или жил, как говорится, по углам – "чекистов" власть обеспечивает жилплощадью, в отличие, например, от военных или работников полиции. Сотрудника спецслужб, получающего работу в Ашхабаде, сразу прописывают в столице вместе с членами его семьи.

Автор: Дурды Назаров
Редактор: Михаил Бушуев

| www.dw-world.de | © Deutsche Welle.